ВИДЕОПРОГРАММА 1999. ТОТАРТ. Маятник Фуко.

тотарт Н. Абалакова & А. Жигалов.САД УЛЫБОК. 1996

САД УЛЫБОК 

 Видеоинсталляция 

1996 ноябрь 5 - 25 Место: Галерея Spider & Mouse, Москва Материал: Песок, 11 булыжников, два монитора, два плейера, один видеопроектор. На неправильном круге из песка (d ок.4 м) разложены камни, за ними два монитора, на одном “найденный” сюжет: уборщица из Запасного Дворца в Царском Селе выбрасывает с поляны камни, оставшиеся от инсталляции М. Перчихиной на Фестивале КУКАРТ-1 1995 г.; на втором выложенные камни в движении. На стены и потолок проецируются эти же падающие камни. 

тотарт 

Н. Абалакова & А. Жигалов 

Видеоинсталляция “Сад улыбок” - новая фаза Проекта “Исследования Существа Искусства применительно к Жизни и Искусству”. ”Разрывы” здесь уживаются с непрерывностью “традиции” ТОТАРТ’а с его системой диалогов-парадоксов, круг вольных и невольных участников которых бесконечен. В целом “тотальность” ТОТАРТ’а имеет метаполитическую, эстетическую и проективную направленность. Создание тотальной реальности в конкретных условиях наличной действительности и на материале этой действительности с непредсказуемыми последствиями (которые авторы берут на себя, то бишь на свою голову) - вот, пожалуй, скромная задача данного проекта. “Сад” всеми своими камнями и мониторами отражает круг проблем, над которыми многие годы трудятся авторы ТОТАРТ’а: границы и определение искусства, поглощение искусства жизнью и жизни искусством, их взаимовторжение и проч., взаимоотношения между художником и зрителем, коммуникативные возможности искусства (художественное или нехудожественное событие как повод к общению), артефакт как открыто-закрытая система, функционирование искусства в социуме, искусство как конвертируемая (?) валюта общества, искусство как “эрогенная зона” коллективного тела общества и т.д. Здесь начинается свидание одной лишь случайности. Мы можем вовсе не отождествлять себя с персонажами, порожденными нашим воображением. Они данность в ряду бесконечного множества - повседневный аморфный поток пережитой реальности. “Сад улыбок” - реконструкция этой реальности в сознании художника, и есть подозрение, что сей “Сад” существовал еще до слов и образов. Эта реальность уничтожается и возрождается, а механический характер жестов и их лишенная смысла повторяемость создает успокоительный беспорядок случайности и растворяет все в потоке жизни. Так возникает некая интрига, шаг за шагом подводящая к развязке, до которой нам нет никакого дела. Мы только верим в добродетель брошенного и живущего в “вечном настоящем” камня. Достаточно одного удара - и мы умрем со смеха. (Авторский текст в буклете)


 

видеопрограмма 1999. В.Алимпиев, С.Вишневский. Несколько подарков Олегу. Видеоинсталляция

Однодневный показ проекта “ОЛЕГ” (видеоверсия).

Авторы: Виктор Алимпиев, Сергей Вишневский.

Этот замечательный проект представляет собой посвящение
Олегу Косухину — реальному, конкретному человеку, современнику авторов проекта. Сам акт этого посвящения является материалом, художественной целью
и ценностью. Безотносительно каких-либо заслуг, подвигов и прочих “атрибутов героя” со стороны адресата, авторы, на основании своей симпатии, помещают ментальность Олега в выделенное священное демонстрационное пространство, между зрителями и экспонатами.

Образный ряд экспонатов создает, по мнению авторов, свечение как-бы-эротического и как-бы-религиозного проецирования, в точке схода которого авторы подготавливают таинство бытия “ОЛЕЖЬЕГО”. Значение Олега можно сравнить, например, со стеклом кинескопа: нас, естественно, интересует “мир в телевизоре”, стекла мы не замечаем, но его необходимость очевидна: стекло кинескопа - это совесть виртуального мира. Хорошее антибликовое покрытие стекла - одна из заслуг авторов.

Видеоверсия состоит из трех частей (приношений):

1.    Кафельные туалетные кабинки (культовое сооружение, посольство, территория).

2.    7-минутный фильм “Несколько подарков Олегу” (герб, флаг и остальная государственная символика).

3.    Акт “взывания” (действенная часть государственно-секулярного культа — поднятие флага, приспускание, орудийные залпы и т.д.).

Фрагменты бытийности: свежезаваренный чай, курение сигареты, разговоры о погоде находят свое истенное воплощение в фразах героя: “Джон Кейл и Лу Рид — друзья”, “— Ну, что Вы стоите! Вот вилки, тарелки, чайник вскипел”, “Не смотрите на меня!”, “Лица друзей заставляют меня краснеть!”. Всеобъемлющие слова Олега  заполняют экспозиционное пространство в промежутках между ритуальными отправлениями (части № 2 и 3). Часть первая непрерывна.

03.03.99

Видеопрограмма март 1999. Следы Быка Ox Traces

Документация четырех-мониторной видеоинсталляции показанной в видеопрограмме галереи Spider&Mouse в марте 1999 года Проект можно было бы назвать Адоб-премьер-0 по аналогии с авторским графическим проектом 89 года Фотошоп-0. Все съемки и монтаж осуществлены в аналоговой технологии, видеокамерой Hi8 путем многократной пересъемки исходных материалов авторских перформансов с экрана ТВ. В результате в пространстве реальной галереи и стоящих в ней четырех мониторов возникает полиэкранное видео схожее с множеством позднейших цифровых спецэффектов. Напрашивается вывод, что не цифровая технология определяет видео язык, а определенный тип внутреннего зрения ведет к цифровой технологии, где это зрение становится простым общедоступным фильтром.

Следы Быка. Последний слой

27-31 марта 2003 March27-31


Марина Перчихина (Mouse)

видео проект “Следы Быка”. Последний слой

памяти Юрия Соболева


Название проекта “Следы Быка” - двойная цитата. Проходящая сквозь все слои видео цитата -фрагменты двух графических листов Юрия Соболева “Поиски быка”, которые отсылают к традиционной буддистской серии картинок и текстов “Oxherding pictures”, метафорически поясняющих путь к просветлению. Первый шаг серии“Seeking the Ox” (Поиски Быка), а второй шаг называется“Finding the Tracks” (Нахождение следов)



Первый слой - СЛЕДЫ БЫКА 1996
Видеофильм построен на оппозиции видеокамеры и экрана TV, (инструмента создания видеоизображения и инструмента его воспроизведения) и оппозиции исходных материалов - плоскости графического листа и пространства перформанса.
В течение 40 минут все оппозиции постепенно снимаются создавая единую видео-материю.

Второй слой - СЛЕДЫ БЫКА 1997 - видео инсталляция для четырех TV мониторов.
Видео инсталляция лишена временной координаты, ее время определяется лишь ресурсом воспроизводящей аппаратуры и выносливостью зрителя.
События, отсветы которых видятся на экранах, имевшие место "Там" и Тогда", обретают множественность времен, и каждое секундное смещение синхронизации мониторов порождает новую множественность и новые следы.

Третий слой - Новые Следы Быка 2000 - видео пьеса для трех TV мониторов.
Различимым в этом третьем наслоении остается лишь присутствие четырех мониторов в предшествующей инсталляции и искаженный множественным наложением звук.
Остается энергия наплывов и перетекания неразличимых уже событий и замедленное всматривание в выпавшие в осадок разрозненные кадры из первоначального нулевого слоя исходного материала. Все остальное требует или бесконечных перекрестных ссылок и комментариев или же умолчания...



Последний слой 2003 - видео инсталляция для четырех TV мониторов и зеркала
Весь проект - многослойный циклический диалог камеры и воспроизводящей аппаратуры - был развернутым во времени диалогом двух художников - автора работающего с тактильно познаваемым пространством и Юрия Соболева, работающего с плоскостью как с многослойной структурой.
С уходом одного из участников диалога вся работа изменила систему координат и разомкнулась, утекая в зону непостижимого. Многомерным становится не только полиэкранное время, но и пространство зеркального коридора.

В работе использованы:
фрагменты графических листов Юрия Соболева
"Поиски Быка", "Хозяин и его собака", "Медленно вниз".
фрагменты музыкальных импровизаций Хайнца-Эриха Гедеке и Райнхарда Хаммершмидта,
музыкальных акций Светланы Голыбиной, Вахтанга Махарадзе и Куми Сасаки,
авторские перформансы 1995-98годов






marina pertchikhina

video project Traces of the Ox : The Last Layer

dedicated to Jury Sodolev


THE LAST LAYER video installation for four TV monitors and mirror

All project, multilayered cyclic dialogue of TV camera and reproducing equipment, was an extended in time dialog of two artists – the author, working with tactile cognizable environment, and Jury Sobolev, working with a surface as a multilayered structure.
With a leaving of one of the participants of the dialog all work has changed the system of coordinates and was opened, flowing away to a zone of incomprehensible. Not only polyscreen time becomes multi-dimensional but also the inner space of a mirror corridor.

2008 Александра Митлянская ВИДЕОИНСТАЛЛЯЦИИ

«Метро»


«Кот в мешке»

«Поговори с ней»

Видео проекты Александры Митлянской

Страх и трепет оцифрованной материи

«Но лучше петь в раю чем врать в концерте...»

Институции и Рынок сформировали мэйнстрим, где при внешнем успехе не ощущается никаких перспектив обновления истощенного словарного запаса. По инерции производится продукция и имена, но язык давно мертв и более не производятся смыслы। Вопрос не в стиле и не в концепции। Вопрос в том, что сама работа с визуальным языком доступна немногим, и ее подменяют манипуляцией быстрыми масками (неуклюжий перевод quick mask программы фотошоп) оставляя структурные элементы нетронутыми.

Шокирующий Лондон закончился брильянтовым черепом. Навстречу покатился хрустально-золотой национально-деревянный дизайн бывшего российского радикала. Еще одна симуляция в квадрате.
Традиционно в поиск отправляемся на края, в маргинальные зоны, оттуда искусство втягивало на свою территорию жизненные реалии и свежие силы. Но похоже, что сегодня это безнадежный ход, «неискусство» заведомо, давно и насквозь искусство, причем массовое, а реальная стихия улицы 90-х из коллекции объявлений - живописное панно в память веселым временам.
Субкультуры, так долго поставлявшие «обновления» программам contemporary art сейчас тоже не более чем этнографическая деревня, включенная в туристский маршрут уже на стадии проекта.

Еще раз просматриваю видеоработы Саши Митлянской, художника столь аскетичного и не побоюсь, утонченного, что стыдно за разнузданную избыточность фактуры нашего пространства. И понимаю что сегодня шанс обнаружить высказывание и язык остается только в тихих омутах, над которыми поток мэйнстрима пронесся не задев своей пеной.
В очередной раз края и центр меняются местами. Белые точки нового смысла можно обнаружить где -то в самой середине высоко профессионального, замкнутого на тончайших разработках формального художественного языка центре.

Цифровое видео - идеально лгущая технология, как ничто приспособленная для создания «соблазнов и симулякров» манящих с круглосуточно и повсеместно обступающих нас экранов.
Пародия на них - еще более изощренная ложь, так как мгновенно включается в механизм того же медийного потока.
Но оказывается, что с этим же потоком можно работать столь осмысленно и виртуозно, вычленяя его микроэлементы и временные параметры, что зритель начинает ощущать пульсацию и трепет препарируемой материи, ее страх, капли холодного пота, беззвучные вскрики и беспредельно текущие паузы.
Цифра, в отличие от аналогового «здесь и сейчас», - перманентное умерщвление и ре-анимация.Только она позволяет вернуться в тучу упавшей дождевой капле. Мистерия, за две три минуты свершается на поверхности экрана. Замкнутый цикл, loop, как бесконечно занесенный нож в миллиметре от трепещущей плоти Иаакова.

MOUSE

«Чайковский"

2010.Повторение не-пройденного. Ирина Штейнберг

Ирина Штейнберг Irina Steinberg

то же самое the same



Прямой угол (отвес), 2010, инсталляция отвес – инструмент для определения вертикалей и построения прямых углов Right Angle (plumb), installation a plumb – the tool for detection of verticals and construction of right angles







Без названия(то же самое), 2010 видео-инсталляция (ТВ, dvd-плеер, видеокамера, штатив, угол)видеоизображение на экране – запись, идентичная прямой видео-трансляции (запись сделана в тех же условиях, с той же точки, несколько дней назад).
Untitled(The Same), 2010video-installation(TV, dvd-pleer, camcorder, tripod, corner)the video image on the screen – the record identical to direct video-translation (record is made in the same conditions, from the same point, some days ago).





На самом деле, не пройденное нами никогда не будет пройдено до конца, раз и навсегда. Оно всегда нуждается в повторении, хотя бы для того, чтобы не потерять его из виду, не стать заложником своих убеждений. Наш опыт всегда ограничен во времени. Он проходит, оставляя одновременно и чувство полноты и ее утраты. Нам остается только повторять свой путь с самого начала, оставляя накопленный багаж знаний и предубеждений. Как стареющие школьники мы по многу лет сидим в одном и том же классе, просто «доживая до понимания каких-то вещей, как до седых волос».
Борис Мороз, при участии Ирины Штейнберг

The fact is that the lessons we haven't learnt will never be learnt ultimately, once and for all. They are always in need of revision, at least not to lose sight of them, not to become a hostage of your own convictions. Our experience is always temporalized. It passes leaving both sense of fullness and of losing it. All that's left for us is to go our way all over again and leave behind the store of knowledge and prejudice we've accumulated. Like senescent pupils, we are sitting in the same classroom for years, just "living to realize some things as to grow old and grey".
Boris Moroz , with contribution of Irina Steinberg

2002 International video performance program

международная программа видео перформанса

21.02.02 -15.03.02
Андрей Суздалев (Россия) “Переход через зимний поток” видеоинсталляция
28.03.2 -12.04.02
Сирпа Йокинен (Финляндия) “Ступени” видеоинсталляция

Джиллиан МакАйвер (Канада - Великобритания)
“Европа: Четыре дня в Берлине”
видеофильм

18.04.02 - 30.04.02
Наталия Мали (Россия - Великобритания)
"Круг Возвращений" видеоинсталляция

Тема этой программы - художественный язык видео перформанса.
С точки зрения содержания все работы так или иначе связаны бесконечностью движения и ревизией памяти.
“Переход через зимний поток” Андрея Суздалева - часть его проекта “Переход” где классическая европейская культура представленная идеей регулярного парка рассматривается с позиций другой культурной ориентации. Название - цитата из “Дао дэ дзина” Лао Цзи отсылает к практике даосских странствий . Два монитора напротив друг друга отражаются в стеклянной полосе между ними. Автор движется по абсолютно прямой аллее с двумя камерами - смотрящей вперед и назад и мы можем ощущать вибрацию его шага но никогда не увидим самого перформансиста. Он использует аналоговое видео без купюр.
Эта работа пересекается со “Ступенями” Сирпы Йоканен
И тут и там художник и камера осуществляют бесконечный путь персонального субъективного тела в абстрагированном объективном пространстве. Видеокамера становится частью тела перформансиста транслирующей осязание неровностей почвы или скольжение“духов из прошлого задержавшихся на ступенях” “spirits of the past linger on stairs”.
Очень разные по языку работы Сирпы Йокинен (“Ступени”) и Джилиан МакАйвер (“Европа: Четыре дня в Берлине”) соединены в одной экспозиции не случайно: обе работы - взгляд из Нового Света на Старый. Одна из частей “Ступеней” - вечерние сумерки в Финляндии, другая -рассвет в Сан-Франциско.
“Европа” - это танец-осязание канадского перформера, привезенного с завязанными глазами в четыре точки Берлина - символы переломов мировой истории.
С точки зрения языка много общего просматривается в “Европе” и триптихе Наталии Мали "Круг возвращений". В этих проектах отношения видео художника и перформансиста ближе к позициям актера и режиссера в кино. В процессе съемки перформансист превращается в объект для камеры-свидетеля. Художники активно используют цифровые эффекты и после монтажа материал теряет следы живого перформанса обнажая собственно язык цифрового видео.
Интересно отметить что оба автора, работающие в цифровой технологии, обращаются не к персональной, а к исторической и культурной мифологии и памяти.


February-April

21.02.02 -15.03.
Andrey Suzdalev. “Transition across the winter stream”
two monitors installation
28.03.02 -12.04/02
Sirpa Jokinen “Stairs”
two monitors installation
Jillian McIver
“ EUROPA: Four days in Berlin”
video film
20.04.02 -03.05.02
Natalia Maly
“Circle of Returns”
performers: Andrey and Dmitry Aleksandrovich Prigov
The theme of the program is video performance art language: between subject and object (or analogue and digital).
From the point of view of the inner senses all works are in some way connected with eternal movement and research of personal and culture memory.
“Transition across the winter stream” by Andrey Suzdalev is a video part of his project “Transition» in which Suzdalev is looking upon classical European culture from the position of old Chinese culture across the mirror of regular park (the title of the work is a sentence from «Dao de Dzin»). His video installation consists of two monitors connected by glass road. The author is walking along the regular park road with two cameras: looking forward and looking backward and we could feel the tracking of his steps but never see performer-camera men himself. He uses analogue video without edition.
This work has many connotations with “Stairs” by Sirpa Jokinen. In this work, both performer and camera are moving together and we see endless way of personal subjective body in some abstract and objective space. In this case role of video is to be a part of performer’s, body across which it is possible to send to the spectator a sense of touch of the ground or «spirits of the past linger on stairs»
Sirpa Jokinen’s "Stairs" and " EUROPA: Four days in Berlin" by Gillian McIver are exhibited together but are very different works in terms of their language; however, they have a crossing point - both works take a view from the NEW Continent to OLD Europe.
.
In its language more connections between two others works Jillian McIver’s “EUROPA: Four days in Berlin” and “Circle” by Natalia Maly. . Here, video artists and performers are working in collaboration more similar to the relationship between actor and film director. Both video artists use digital affects in editing. In this case during the filming the performer becomes an object for camera-witness, but after editing the result loses any traces of live action and we can see the language of the digital video itself. It is important to note that both these works, in which the author is not performer and which use digital techniques, are connected not with the personal, but historical and culture mythology and memory.


Sirpa Jokinen

STAIRS
(looped video installation (6min. sound)

«spirits of the past linger on stairs»
The piece consists of two video projections on the wall side by side. They are being played simultaneously as looped versions.
In the first projection a person is stepping downwards as the stairs turn darker and darker the deeper she goes. In the other projection the person is moving upwards on the stairs in the continually brightening light.
The stairs are a place-in-between when one moves from one place to an other. The person in the stairs of the video is not getting anywhere. The bright daylight and the dark of the night can be experienced as uncanny.
The first part is filmed in Finland in winter at night. The second part is filmed in San Francisco durning summer afternoon.


Jillian McIver

EUROPA: FOUR DAYS IN BERLIN

In November 2001, Montreal performance artist who visited Berlin for the first time. Over four days he was blindfolded and taken to four significant places in the city, four significant places in the history of Europe. There, he explored and absorbed the psychogeography of place by direct physical contact. Video-maker Gillian McIver conceived and made this single-channel video piece.

Europa is a requiem to mark the end of the the twentieth century the self-destruction of Europe and the fragmenting of the ideologies of the Age of Reason ... as Füsli said, the dreams of reason create nightmares...

We move, slowly, tentatively, blindly through the history of Europa... the old East... through Sans Souci, the palace of Friedrich the Great, refuge of Enlightenment philosophers, cabinet-room for imperialist wars... Oranienburg Strasse, the Jewish mercantile district of old Berlin, ravaged, blasted, murdered; now young artists struggle to create beauty in the remains of devastation, while developers try to make us forget, to eradicate what once was ... Gesundbrunnen Bunker, huge, cavernous, hollowly echoing the tight breathing of ghostly women and children, huddled like rats while above-ground, bombers crumbled their homes to powder ... and the old Soviet parade ground in front of Brandenburger Tor, where the huge memorial to the millions of Russian dead towers above the busy traffic...
Berlin, where the conscience of Europa still cannot sleep.



Letter from Gillian

Hi MArina,
A few corrections to the text, but it looks great. A very interesting programme;
I think it's extrememly interesting what you pointed out, that the works by me and Natalia Maly are using digital techniques and performers - that is not personal but constructed - and are about history culture and myth which themselves are constructs. Something I didn't think of before but it's very true. Using technology is a distancing thing and for me anyway the subject of this work is so extreme that I can only consider it form a distance, if I was to imagine experiencing it I would go mad and in fact I can't imagine it and have to right to pretend to.
One very interesting aspect of the project which I didn't mention is the collaboration process. French Canadians in general have a very insular culture - the grands narratives of history and philosophy never affected this basically rural and religious (Catholic) peasant culture. Only in the 1960s did they really join the modern world. It was interesting to work on the project, which has a subject very close to me - the destruction of the philosophical and cultural ideals of the Enlightenment (which are part of my cultural identity) - with someone from such a different cultural background. It made it more challenging as he could feel things I did not, and see what I was too analytical to see.
Gillian

2002 Слайд-каталог

1998 НОНПРОФИТНЫЙ ПРОЕКТ на ярмарке АртМосква

Альбом: Spider&Mouse art-space

Документация проектов инсталлировалась в "башне" из трех ТВ мониторов. Каждый проект показывался в качестве трехканальной инсталляции.
группа Тот-Арт: "Сад улыбок" "Потерпеть немного - и все будет хорошо"

Галина Леденцова:"Радиотеатр" "О свойствах холодного"

группа ZxZ: "Метафизика ландшафта" "Уроки армянского"

Мария Пожарицкая и Игоря Иогансон: "Жизнь среди камней"

Тимофей Костин: "Я-Я"

Сергей Никокошев: "Сизиф" "Все прекрасное должно погибнуть"

Наталья Зубович: "Лоджии Клеопатры"

Куми Сасаки " That ‘s Allल"
TOT-ART group
Galina Ledentzova
ZxZ group
Maria Pozharitskaya&Igor Johanson
Timofey Kostin
Natalia Zubovitch
Sergey Nikokoshev
Kumi Sasaki

1998.Галина Леденцова. РАДИОТЕАТР

Радиотеатр - попытка вновьобвести романтическую чувствительность, императивно насаждаемую пластмассовым объектом, висящим на каждой кухне - радиоточкой.Радиоточка это - настоящее психоделическое чудо: музыкальная шкатулка и ящик Пандоры, вместилище столь необходимых нам сильных и прекрасных эмоций, окрашенных в серо-зеленый масляный цвет коммунальной кухни. Радиотеатр - атрибут радиоточки. Радио-точки сложены в многоточие, непрерывную пунктирную линию, образующую отечественную виртуальную реальность.В мире новых технология и тотальной виртуальности предлагается еще одна машина желаний.Радиотеатр - новая машина чувствительности, производящая грезы на кухне, прошлое и будущее: ушедшее и несбывшееся.


Radio theater is an attempt to find again that romanticsentimentality imperatively inculcated by a plastic object wehave in every kitchen - radio set.Radio point is a real psychedelic miracle: a musical casketand Pandora's box, a receptacle of strong and beautifulemotions we need so much, tinted with grayish-green oilpaints of a "communal" kitchen.Radio theater is an attribute of radio pointRadio points form suspension points, a continuous dottedline, which makes up our home virtual reality.In the world of new technologies and total virtuality onemore wishes' machine is being offered.Radio theater is a new machine of sentimentality, producingday-dreams in the kitchen, past and future that had left andnever came true.

Альбом: Spider&Mouse art-space

Альбом: 1998

Радиотеатр -

машина чувствительности

или три обезьянки

Великий немой

Великий слепой

Великий глухой

Три обезьянки:

ничего не слышу,

ничего не вижу,

ничего никому не скажу

никакого разочарования:

Ты

видишь,

слышишь,

говоришь

только то, чем сам себя очаровываешь.

Белла Балаш накануне наступления звукового кино спрашивал:

как поверить в то, что тюремщик , растроганный игрой Паганини, отворяет ему решетки тюрьмы, если в кино ты слышишь эту игру.

Тынянов писал о вреде книжных иллюстраций,  ограничивающих воображение читателя,

видящего героя. 

Когда мысли роятся в голове складываясь в мыслеобразы, лучше их не высказывать.

Очень правильная обезьянка та, у которой закрыт рот.

Лучшие музыканты - слепы. Лучшие пантомимисты - глухи. Милая дама в углу телевизионного экрана, совершающая пантомиму сурдоперевода, много богаче новостей, которые она  переводит, и так называемого видеоряда. 
Что за внутренняя музыка звучит в глубинах глухонемого.

Что за фантастическое богатство образного мира у слепо-глухо-немого! Депривация ОДНИХ органов чувств ведет к обогащению других: мир наощупь в полной темноте и тишине.

Известно, что в экспериментальных сурдокамерах, у людей отрезанных от коммуникации с внешним миром, расцветает новая реальность внутреннего мира :особые состояния сознания...

С эпохой звукового кино умер Великий немой.

С эпохой телевидения умер Великий слепой - радиотеатр.

Театр у микрофона- атрибут черных тарелок Центрального вещания, безразмерных зимних вечеров, томлений коммунальной кухни.

Голоса без тела:

Добрые сказочники - Бабанова, Литвинов, волшебник из страны USA Уиллис Канновер(“This is music USA”)

супермен Левитан (“Говорит Москва! Работают все радиостанции...”).

Хорошо бы их никогда не видеть!

 Обезьянка отняла руки от глаз:

Один - крошечный тщедушный еврей, другой - пьяноватый очкарик со стертым лицом.

Мы - дети консервированной культуры: картины в черно-белых репродукциях, джаз на километрах пленки магнитофона “Днепр 5”, радиотеатр...

8000- 100-частотка телефонного наушника, черно-белые автотипные клише с растром 36, безразмерный ресурс воображения - почти из ничего, из смутной репродукции возникает расконсервированный мир цвета, формы, звуков. архетипических персонажей и мифологических пространств.

Ностальгия по черным тарелкам Центрального вещания, безразмерным зимним вечерам,  дозволенной    чувствительности,  томлениям в коммунальной кухне. “Таня” “Собака на сене”, “Стакан воды”, “Машенька”....

Виртуальная реальность из фондов Государственного радиовещания. Радиотеатр

Юрий Соболев