Игорь Иогансон / Мария Пожарицкая. ЖИЗНЬ СРЕДИ КАМНЕЙ

Акция Реконструкции. Картины 33-48. День сорок первый.

День сорок первый.  ИГОРЬ ИОГАНСОН. Вторая часть.

28 июня -  Царское Село, Запасной Дворец и окрестности.

Привязываю эти несчастные плоскости к той же несчастной “Ниве” и трижды медленно объезжаю вокруг дворца, волоча их за собой по царско-сельской земле. Ненужное отпадает. Пытаюсь торжественно въехать с ними по лестнице во дворец, но застреваю на первом же марше под зорким сочувственным взглядом предпоследнего “акционера” Соболева и под немыслимые  звуки трубного гласа последнего “акционера” Гедеке.

Финита ля комедиа! Прости, Благов!

IGOR IOGANSON. Second part

  

June 28  - Tsarskoie Selo, Zapasny palaсe and environs.

I attach the same miserable paintings to the same miserable Niva and drive slowly three sircles around the palace dragging them behind over tsarskoselsky ground. All that is unnecessary falls away. I try to drive with them by the stairs into the palace, but get stuck at the first flight under the watchfull and sympathetic glance of Sobolev, the last but one “actionist”, and inconceavable blaring sounds of the last “actionist” Hedecke. Finita la comedia! Excuse me, Blagov!

Акция Реконструкции. Картины 33-48. День сороковой.

День сороковой.ИГОРЬ ИОГАНСОН

22 июня  -  628 километр шоссе Москва - С-Пб.

В данный момент не хочу иметь ничего общего ни с искусством, ни с этими поверхностями, засранными предыдущими гениями. Тем более - в дороге, которая сама по себе величайший художник. Но ситуация обязывает. Рисую на шинах “Нивы”, везущей нас и “их” в “Царское”, свежей краской сакральные знаки и проезжаю по этим плоскостям, отпечатывая таким образом в них снизу - грунт дороги, а сверху - то, что представилось в оной моему воспаленному воображению. Взяв таким образом двух соавторов, чувствую некоторое облегчение - есть на кого списать всю несообразность этого жеста. Прости, Благов!

IGOR IOGANSON

June 22  - 628-th km on the highway Moscow - St.-Petersburg

At the present moment I haven’t got the slightist desire to have anything in common with all these pictures shitted by the preceding genuises. All the more on the road which is the greatest artist in itself. Mais la situation oblige! I paint on  the tyres of my Niva which drives us and “them” to “Tsarskoie” sacral symbols with a fresh paint and drive along these panels so that they are printed by the surface of the road from bellow and by the images of my fevered inspiration on the upper sides. Thus having two co-authors I feel some relief - it’s possible now to put over them all the absurdity of the gesture.

Excuse me, Blagov!